Наша защита

Вчера передал в Санкт-Петербургскую избирательную комиссию жалобу на отказ в регистрации меня в качестве кандидата в депутаты Законодательного Собрания. Решение территориальной избирательной комиссии № 1 считаю необоснованным, противоречащим требованиям избирательного законодательства и абсурдным, свидетельствующим о предвзятом отношении ко мне. В связи с этим я, кроме своей регистрации, требую рассмотреть вопрос об ответственности членов избиркома, вплоть до исключения из состава комиссии.

По существу.

Решение об отказе в регистрации изготовлено на 9 листах, придумано несколько оснований, которые необходимо «отбивать» (по моим подсчётам — четыре). Именно по этой причине нам понадобилась неделя, чтобы сформулировать возражения по каждому пункту.

Моя жалоба — это 12 листов, плюс 65 листов приложений.

Начну с конца — избирательный фонд и агитация. В самый последний момент избирательная комиссия добавила мне ещё одно основание для отказа в регистрации — «использование денежных средств помимо средств избирательного фонда в размере более 5 процентов от предельного размера расходования средств избирательного фонда». То есть насчитали мне более 600 тысяч рублей, которые я якобы потратил на избирательную кампанию и не провёл через фонд. Деньги эти абсолютно виртуальные — по мнению избиркома, полиграфическая организация, у которой я заказывал свои листовки, изготовила их мне по заниженной стоимости, тем самым профинансировав мою избирательную кампанию. Избирком не стал учитывать объяснения полиграфической организации о ценообразовании, сделал свои расчёты, и они уложились как раз в 600 с лишним тысяч рублей, что превышает необходимые 5% от предельного размера избирательного фонда.

История с агитационными материалами ярко показывает предвзятое отношение избиркома. Сначала они запретили мне распространение агитационных материалов, посчитав, что они изготовлены с нарушением: якобы полиграфическая организация опубликовала расценки на печать на формате А4, а мои материалы были формата А5 и А3. Теперь о формате речь не идёт, теперь «играют» с коэффициентами: за увеличение формата, за сложность, за тираж, за цветность. На самом заседании комиссии, уже когда на столах лежал проект решения, голосованием добавили еще коэффициент за срочность, т.к. оплата произведена 29 июня, а выпущены листовки 1 июля. Это позволило избиркому увеличить виртуальное финансирование ещё в два раза.

Все эти претензии я опровергаю представленными расчётами полиграфической организации, где указано, что коэффициент за увеличение цветности (избирком тут сразу умножил все суммы на 6) не подлежал применению в связи с тем, что он используется только при печати ризографией, шелкографией и тампопечатью, «где нет точного попадания в цвет». Не знаю, что именно это означает, но в полиграфической организации наверно своё дело знают. При этом полноцветная печать включена в коэффициент «сложная печать», который и был применён полиграфической организацией. И т.д.

«Расчёты» «специалистов» из избиркома раздули стоимость моей агитации в десять раз! Им бы финансовые пузыри на биржах надувать…

Итоговый протокол. Это протокол проверки подписных листов, на основе которого принимается решение о регистрации или отказе в регистрации. Протокол составляется на основании ведомости проверки подписных листов. Оба этих документа должны быть вручены кандидату не позднее, чем за два дня до принятия решения о регистрации или отказе в регистрации. Два документа мне было передано. Но…

Ведомость проверки подписных листов, а значит и изготовленный на её основе итоговый протокол, составлена с нарушением законодательства и решений вышестоящих комиссий.

В соответствии с решением Санкт-Петербургской избирательной комиссии утверждена форма Ведомости, предусмотрено, что каждый лист такой ведомости должен быть подписан, в том числе и экспертами, на основании заключений которых подписи признавались недействительными и (или) недостоверными. Выданный мне документ, во-первых, не соответствует утверждённой форме (попробовал бы я сдать что-либо не по форме…), во-вторых, там нет подписей на каждом из листов, в-третьих, там вовсе нет подписей экспертов, которых я в глаза не видел.

В связи с этим эти документы не могут быть положены в основу принятия решения об отказе в регистрации.

По месту работы / роду занятий, которые, по мнению избиркома, я в своих подписных листах указал неверно, и нам это основании они забраковали все подписи, я уже писал. Могу лишь добавить, что в подписных листах я указывал ровно ту же самую информацию, что и в заявлении о согласии баллотироваться в депутаты. В случае каких-то неточностей избирательная комиссия обязана была уведомить меня об этом, чтобы я внёс исправления. Избирком уведомил меня о неточностях… предложив мне лишь донести актуальный договор подряда, подтверждающий место работы / род занятий. А теперь выясняется, что в заявлении избирком всё устроило, а в подписных листах они нашли какие-то ошибки.

Почерковед. Об этом я тоже кое-что уже писал. Но есть, что добавить.

В заключении почерковедов указано, что в проверяемой папке 383 листа, которые прошиты по «левому вертикальному краю нитью жёлтого цвета». В нашей папке, которая была отобрана по жеребьёвке, судя по протоколу той самой жеребьёвки, 391 лист. К тому же все наши папки были прошиты не по левому краю, а сверху. То есть не очень понятно, что именно проверяли эксперты. Поэтому прошу не учитывать результаты этой непонятной экспертизы при принятии решения.

Более того, на заседание комиссии, когда принималось решение об отказе в регистрации, мы принесли шесть письменных заявлений от граждан, которые подтвердили, что собственноручно ставили в подписных листах дату внесения подписи и свои подписи. Эти заявления даже не рассматривались. Мнение эксперта превыше граждан.

Вот пара примеров, где специалисты посчитали, что даты проставлены одной рукой.

1-2 (2)3-4 (2)(1)134-134
Проверка полиции. Об этом тоже уже писал, но опять же добавлю. В результате данной проверки определялось, существуют ли в принципе избиратели, которые оставили свои подписи за кандидата. Сведения сверялись с полицейскими базами.

В соответствии с законом подпись может быть признана недействительной только при наличии «официальной справки органа, осуществляющего регистрацию граждан РФ по месту пребывания и по месту жительства». Но на заседании комиссии была представлена «Таблица сведений, содержащихся в подписных листах…», в которой напротив сведений граждан (фамилия, имя, отчество, год рождения, паспорт, адрес) было написано «верно» или «неверно» (иногда «не верно»). Ни печатей, ни списка экспертов в этом «документе» нет. Как и слов о том, что это «официальная справка». Из всего этого также непонятно, что именно в сведениях граждан неверно. Как я понимаю, на этом основании и был зарегистрирован список партии «Парнас», которая тоже собирала подписи, но изначально получила отказ.

Более того, опровергая данные проведённой проверки, мы принесли на заседание комиссии фотографии двух граждан, которые по данным из представленной Таблицы, не существуют. Эти фотографии опять же никто смотреть не стал.

Ещё штрих к качеству всей этой проверки. Все сведения, которые отправлялись в полицию, оцифровывались сотрудниками избиркома (вручную перенабирались из подписных листов). Не всегда эти сотрудники правильно читали то, что там написано. Дошло до того, что, когда мы объяснили, как именно надо читать те или иные фамилии, члены избиркома голосовали: буква «н» или буква «и»; буква «ж» или сочетание букв «лк». Каждый раз голосовали не в нашу пользу.

Вот эти факты:

Фамилия «Раннала» была прочитана как «Раниала» (написано, кстати, самим избирателем):

IMG_20160819_120323А фамилия «Пылкин» была прочитана как «Пыжин»:

IMG_20160819_120348
Тут я должен отметить, что, конечно, не всегда почерк у сборщиков идеален. Особо нервные члены избиркома даже возмущались, что у меня сборщики непонятно пишут и надо было искать «нормальных сборщиков». Согласен, что иногда прочитать что-то сложно. Но наши подписи собирались не в кабинете главы муниципального образования, как у некоторых зарегистрированных кандидатов в моём округе. Подписи собирались в тёмных подъездах и на дождливых улицах. А если каким-то сборщикам в школе не хватило уроков чистописания, то это от того, что учителя, возможно, были больше заняты фальсификацией выборов, нежели своей работой.

Честно скажу, я не знаю, какой будет результат рассмотрения жалобы. Мне нужно «отбить» не 30 и даже не 100 подписей. Нужно «отбить» 68 подписей, ещё 85, ещё 983 и ещё 600 тысяч рублей виртуального финансирования. Избирком постарался усложнить защиту. Но мы не сдаёмся!

117% брака

Многие уже знают, что территориальная избирательная комиссия накануне поздно вечером предварительно забраковала все подписи избирателей, собранных за моё выдвижение в Законодательное Собрание Петербурга. Все хотят подробностей.

Всего мы сдали 4018 подписей. 983 из них отобрали на проверку. Из 983 подписей 117% предварительно признано недействительными и(или) недостоверными.

В основу отбраковки легли заключение почерковедов (7% забраковано), результаты проверки МВД (10%) и претензии к оформлению листов (100%). У нас есть время до вечера четверга, чтобы попытаться отбить часть претензий. Допустимый уровень брака не должен превышать 10%.

Почерковеды

На почерковедческую экспертизу меня пригласили на следующий день после сдачи подписей — 3 августа в 9.00 раздался звонок, и председатель избиркома сообщила мне, что уже через 15 минут приедут эксперты. Я приехал в избирком в 10.10 и до 16.00 наблюдал процесс проверки: две женщины-эксперта листали мои подписные листы и молча вкладывали закладки. Я насчитал около 10 таких закладок. По окончании они начали заполнять протокол, но так как были из разных отделов своей структуры, то одна другую спросила, как её записать. Записали в итоге, как Анна Ивкина из петроградского отдела. Я себе тоже записал. Протокол мне не выдали, т.к. он передаётся в рабочую группу.

В заключении почерковедов, которое было представлено на заседании рабочей группы, подписи Ивкиной не было. Но были подписи двух других экспертов. Само заключение датировано 08.08.2016, а не 03.08.2016, когда меня приглашали на проверку.

На заседании рабочей группы выяснилось, что в заключении пустая строчка значилась как строчка, где дата внесения подписи выполнена другим лицом. Когда нашли эту ошибку, председатель избиркома при всех позвонила куда-то и сказала, что, судя по всему, эксперты допустили описку и имели ввиду следующую строчку, т.к., по мнению председателя комиссии, именно она похожа на строчку из какого-то другого листа. Минут через 20 привезли новое заключение с тем же самым номером, но уже с исправлением, совпавшим с мнением председателя избиркома. Такая вот дистанционная почерковедческая экспертиза.

Среди выявленных в результате этой проверки подписей есть те, в которых и у нас есть сомнения. Есть те, в которых сомнений никаких — подписи собирались членами штаба, давними соратниками и проверенными бойцами.

IMG_20160809_215236
здесь почерковед сделал вывод, что Катя Алимова сама поставила подпись вместо избирателя

Проверка МВД

Эти результаты представлены в таком виде, что вообще непонятно, что именно не совпало: фамилия, имя, отчество или год рождения, или адрес, или паспортные данные. Но многократно подчёркивалось, что для избирательной комиссии такие избиратели просто не существуют, так как их нет в базах.

Тут мы проверяем каждый случай. Бывает, действительно ошибся сборщик, неправильно переписав номер паспорта или не проверив адрес регистрации избирателя. Но есть уже и выявленные факты, когда проверка МВД говорит, что избирателя с такими данными нет, а мы его находим и подтверждаем его подпись.

 

Оформление подписных листов

Редкостная бюрократия. Эту «карту» вытащил представитель кандидата-спойлера Иван Попов, который является членом избиркома с правом совещательного голоса. С этим гражданином мне приходится сталкиваться не в первый раз. До этого он был на рассмотрении жалобы о запрете моей агитации, еще ранее именно он представлял в судах все избирательные комиссии, когда мы обжаловали результаты выборов по Екатерингофскому округу.

По мнению этого Попова, в подписных листах я неправильно указал род занятий. И в заявлении о согласии баллотироваться, и в подписных листах было указано, что я являюсь «помощником депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга по гражданско-правовому договору». В подтверждение этих сведений на этапе выдвижения своей кандидатуры я представил копию договора подряда, а также копию удостоверения. К сегодняшнему дню, по решению избиркома, я должен был представить ещё копию договора, действующего на момент сдачи подписей, то есть на август.

По мнению Попова и поддержавшей его рабочей группы ТИК № 1, раз в моём договоре подряда не указан моя должность, то я и не мог её указывать в подписных листах.

Моя позиция заключается в том, что в договоре указывается только перечень работ. А в удостоверении, которое мне выдано Законодательным Собранием в соответствии с договором, указана моя должность. Более того, договор заключен в соответствии с Положением о помощнике депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, которое утверждено решением городского парламента 10.04.2002.

Эту претензию тоже будем отбивать.

Вообще, то противодействие, с которым мы столкнулись, говорит о том, что в округе № 1 боятся конкурентных выборов. Именно поэтому у нас были сложности с согласованием информационных и агитационных кубов. Поэтому к нам приходили провокаторы и резали наши баннеры. Поэтому избирком на последней неделе сбора подписей запретил всю мою агитацию (кстати, сегодня обжаловал это решение в ЦИК). Поэтому люди действующего депутата и главного моего конкурента отлавливали сборщиков подписей и сдавали их в полицию. Но останавливаться мы не собираемся!

Сбор подписей в округе № 1: графики и цифры

Два дня назад мы сдали 4018 подписей на 1550 листах, собранных за моё выдвижение в Законодательное Собрание Санкт-Петербурга. Хочу поделиться некоторыми сведениями о том, как нам удалось собрать столько подписей.

20160802-IMG_20160802_170546На листе у нас было предусмотрено по 4 подписи, но по факту в среднем получилось 2,6. Нормальный показатель, если подписи собирались реально — у нас много вычеркнуто самими сборщиками или мною.

Всего мы охватили жителей 911 домов, расположенных в 9 муниципальных образованиях, входящих в наш округ № 1: МО № 78, Адмиралтейский, Дворцовый, Екатерингофский, Измайловское, Коломна, Литейный, Семеновский, Сенной.


дома, в которых живут наши подписчики

Больше всего — 1428 подписей — мы собрали в Екатерингофском округе, где я 5 лет был муниципальным депутатом, и где моя команда участвовала в выборах два года назад.

Далее следуют Коломна (746 подписей), где два года назад в выборах участвовала команда Фёдора Горожанко, Семёновский округ (605 подписей), где большую работу провели Екатерина и Юлия Алимовы, Измайловское (409 подписей).

моВ разных округах у нас очень разное количество подписей с одного дома. В Екатерингофском — 9,7 подписей с каждого охваченного дома. В Дворцовом округе — 1,7 подпись.

Отдельно отмечу, что самое большое количество подписей мы собрали с дома 23/2 по Нарвскому проспекту — 57 подписей. В этом доме я жил до 20 лет.

с домаВ общей сложности в сборе подписей приняло участие 69 сборщиков — именно столько человек было нотариально заверено и включено в список сборщиков, переданный в избирательную комиссию. В среднем получается по 58 подписей на человека. Максимальное количество собрали сёстры Екатерина и Юлия Алимовы (по 458 и 482 подписи соответственно), затем идёт ещё один член команды Полина Костылева — 340 подписей. Минимум зарегистрированные сборщики собирали по 6 подписей.

Из моего избирательного фонда к настоящему времени израсходовано 457,4 тыс. рублей. Это сбор подписей и печать агитационной продукции, которую мне запретили распространять на последней неделе сбора подписей.

Для сравнения. Через 10 минут после нас свои подписи в избирком принёс ещё один кандидат-самовыдвиженец, давний товарищ действующего депутата Соловьёва и по совместительству глава Коломны — Олег Столяров. Ни разу и нигде не встречались с его сборщиками подписей. Но он принёс чересчур аккуратные 4200 подписей на 730 листах. При том, что на его листах предусмотрено 6 подписей, в среднем получается 5,8 подписей на листе. К моменту сдачи подписей с избирательного счёта он потратил 4,8 тыс.рублей.

Промежуточные результаты нашего сбора подписей за две недели

Пару дней назад мы перешагнули 1000-ый рубеж по количеству собранных подписей. Сейчас уже этот барьер уверенно позади. При том, что нам нужно собрать не менее 3931 и не более 4324. То есть плюс-минус четверть у нас уже собрана.

Честно признаться, мы сейчас отстали от графика. Хотя и прибавляем с каждым днём. Впереди у нас ещё три недели. И нам всё ещё нужны сборщики, подписанты и просто сторонники, которые готовы поговорить со своими знакомыми из нашего округа по поводу подписи за выдвижение беспартийного кандидата. Записаться можно здесь: https://2016.shurshev.ru.

До недавнего времени, в связи с дождями, мы собирали подписи только по квартирам. Сейчас с погодой стало лучше, поэтому каждый день с 17 до 21 часа мы собираем подписи на кубе на Семёновской площади (пересечение Гороховой улицы и наб. реки Фонтанки).

sborИногда наших сборщиков подписей можно встретить в садах и скверах.

До сих пор решаем проблемы с банком и избирательным счётом. Сегодня удалось заключить соглашение со Сбербанком об интернет-обслуживании. Для этого пришлось написать обращения в Горизбирком и техподдержку Сбербанка. Это сильно облегчит взаимодействие по избирательному счёту.

В связи с решением проблемы с интернет-обслуживанием на сайте опубликовали реквизиты избирательного счёта. На кампанию теперь можно перечислять средства, которые нам не помешают. Сбор подписей стоит денег — сборщикам, которые собирают много подписей мы платим вознаграждение. Официально, со счёта. Также всех сборщиков нужно будет нотариально заверить, что тоже стоит денег.

Пока не удалось наладить перечисление через онлайн-банки — возможно, что это и невозможно. Но перечислить пожертвования на избирательный счёт можно в любом отделении любого банка по реквизитам, указанным на сайте.

Семейные скрепы «Единой России»

Один из руководителей «Единой России» Сергей Неверов сегодня заявил, что в его партии нет семейственности.

«Есть другие политические партии, где папа ставит кого-то за собой вторым. Есть партии, где идут жены, где идут дети», — сказал Неверов, отметив, что «только в «Единой России» все приходят в политику своими ногами» и становятся депутатами, «только пройдя этот путь».

Наверно Неверов не знаком с депутатом петербургского парламента от «Единой России» Сергеем Соловьёвым, который возглавляет парламентскую комиссию по госустройству и местному самоуправлению. А то бы знал об политических успехах большой семьи депутата Соловьёва.

В муниципалитетах Адмиралтейского района, от которого уже несколько раз избирался Сергей Соловьёв, депутатствуют его мама, сводный брат, жена сводного брата, зять, золовка (сестра жены), раньше ещё депутатствовала жена, но устала, поэтому её сменила младшая дочь. Плюс ещё давние соратники со своей роднёй. И все, конечно, пришли «своими ногами». Преимущественно на досрочном голосовании.

Это, кстати, к вопросу о кумовстве и произрастающей из этого коррупции в нашем районе, о чём написано в тезисах моей программы.

0888765Картинка с Фонтанки.ру